LAKESIDE HIGH

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » LAKESIDE HIGH » SPIN THE BOTTLE » лед все тоньше, нас все меньше


лед все тоньше, нас все меньше

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s7.uploads.ru/rK75c.jpg

finn & chris
нас было трое

+3

2

- Он все еще не берет трубку, - говорит Финн, опуская руку со смартфоном. - Ну что за козел. Я более чем уверен в том, что он забыл про планы и зависает где-нибудь с Элли. Вот скажи мне, Крис. Ты тоже, как заведешь постоянную девчонку, будешь игнорировать боулинг-вечера?

Да, Финн готов осуждать заранее. Потому что любовь любовью, отношения отношениями, а друзей задвигать нехорошо. Джона вон они видят все реже и реже. Когда Финн только начал встречаться со своей девушкой, он смог стать суперчеловеком и равномерно распределить график. А Джон не может. И это неправильно. И это не вписывается в идеальную картину мира Финна. Эй, им всем троим нужны эти боулинг-вечера, чтобы отдыхать компанией пацанов, без девчонок.

Финн снова набирает номер Джона. И его снова перекидывает на автоответчик. Не поступают так с лучшими друзьями, уже наполировавшими свои шары для боулинга и готовыми катить их к самым классным страйкам клуба. Что, блин, за фигня такая. Финн набирает Джону короткое сообщение:

"не возьмешь трубку, твое место в команде станет вакантным!"

Добавляет кучку недовольных эмоджи. Добавляет еще сообщение:

"в боулинге. если ты не придешь завтра на тренировку, помни, я знаю, где ты живешь!"

И еще больше эмоджи. Господь, храни того, кто придумал отображать эмоции бессмысленными картинками в текстовых сообщениях. Финну, правда, иногда кажется, что он с ними перегибает палку. Но пока никто не ткнул его в это носом, он продолжает. Вот, кстати, самое оно добавить еще один красный восклицательный знак.

- Давай просто заедем за ним, - говорит Финн Крису. - А то точно опоздаем. Может, он просто телефон где-то опять оставил? Серьезно, я ему откручу башку.

Не открутит, конечно. Но точно будет смотреть настолько неодобряюще, что башка Джона сама открутится. В чем Финн больше всего хорош, так это в неодобрительных взглядах. Тут у него такая прокачка, что даже футбольные скиллзы не идут ни в какое сравнение. А вот с боулингом у него все не настолько хорошо, на самом деле. Поэтому, наверное, он его и любит, и не спешит реально улучшать свои навыки.

И поэтому же тащить на такие посиделки девчонок - не вариант. Это постоянно обговаривалось. Гайз-тайм. Финн уже думает, как будет сурово мстить Джону на тренировках в ближайшие дни, если он реально зависает с Элли или, еще чего хуже, приведет ее в боулинг-клуб. Элли замечательная девочка, но правила есть правила. Для его Люси же никто не делает исключений.

Сумка со всем необходимым уже стратегически ждет в машине своего времени, с самого утра, собирать ничего не нужно. Время приходится терять только из-за Джона, который тоже, по уму, должен был притащиться к Финну, но так и не. Ладно. Они с Крисом ведь действительно знают, где он живет.

У дома Джона они видят машину скорой помощи. Финн хмурится, притормаживая, сворачивая к обочине. Поджимает губы, постукивает пальцами по рулю, смотрит на Криса. Ему сразу становится как-то неловко и за сообщения, отправленные Джону, и за собственные мысли о том, что друг охренел их променивать. Явно ведь, что у него дома что-то случилось. Может, матери поплохело? Финн в такой ситуации точно забыл бы и о телефоне, и о планах, и о том, что имеет смысл как-то предупредить друзей.

Может, им там нужна какая-то помощь?

Финн глушит мотор, первым выходит из машины. И первое, что он видит - мать Джона, сотрясающуюся в рыданиях на пороге дома. Кажется, ее одежда вся мокрая и буро-красная. Финн на полшага отступает, не решаясь продвинуться вперед. Он кладет руку на крышу машины, косится в сторону Криса.

Он не хочет знать, что там произошло.

Только просто так взять и уехать уже поздно. Финн кивает Крису и направляется к дому Джона, также первым. Его мутит с каждым шагом. Ему хочется развернуться и свалить. Он готов подозревать все что угодно, только не узнавать, что там на самом деле произошло. Безутешностью от матери Джона сносит, кажется, за километр. Дверцы машины парамедиков как раз захлопываются, Финн не успевает увидеть, кто там.

Но его реальность готовится пошатнуться в очередной раз.

+3

3

- Братаны важнее кисок, ага, - лениво отзывается Крис, листая ленту инстаграмма и ставя сердечки первым красавицам школы, чьи посты не несли особой интеллектуальной нагрузки (вот я завтракаю, вот я в школьном туалете в зеркале, смотрите, я сегодня смогла нарисовать ровные брови, а вот и новая форма черлидерш, зацените какая классная и отлично на мне сидит), однако каждый такой лайк прилетал ему ответочкой и несколькими новыми подписчиками. Хейз не гнался за медийной популярностью, но как показывала практика, быть в тренде ещё никому и никогда не вредило.

«Чёртова потаскуха Эллис Тёрнер».

Хейз ненавидел её всей душой и даже не слишком старался это скрывать, скорее терпел её присутствие рядом, чем по-настоящему был приветлив, и вот снова она. Малолетняя шмонька, от которой сводит зубы и темнеет в глазах. Если выдвинутое Беннетом предположение окажется правдой, то в его копилке появится дополнительный повод ненавидеть её – глупая девчонка пытается влезть в неприкосновенное, посягнуть на святое – незыблемая мужская дружба, которая тянется с тех пор, как новая футбольная команда сформировалась и начала рука об руку отстаивать честь школы, сгребая на полки довольного директора всё новые и новые позолоченные кубки.

- Погнали, - нехотя соглашается с приятелем Крис и отлипает от багажника, на котором так удобно разместил свою задницу, - Страйки сами себя не выбьют, и сегодня я намерен получить то халявное пиво за три десятки подряд.

Что может быть более мускулинное, чем дать трём парням померяться шарами и сбивать кегли? Это традиция, которая сложилась как-то сама собой, и Хейз благоразумно умалчивал, что прекрасно знает о причинах, по которым малыш Джо не желает видеть. Ведь это с его девчонкой он переспал на вечеринке, подавая перед этим всё новые и новые яркие стаканчики с алкоголем. Вот этими пальцами нажал кнопку «отправить» под видео, на котором отчётливо видна и тупица Тёрнер, и её задранная под самое горло блузка, и раздвинутые ноги.

Крис ни о чём не жалел и терпеливо ждал чем же закончится вся эта история, но судя по заплаканной мордашке Эллис с размазанной по щекам тушью и отсутствием в школе Джона уже третий день шалость удалась.

х х х х х х х х х х

Встречает их дом на пересечение двух дорог ярко-красными огоньками мигалок скорой помощи и воем сирен. Белая машина припаркована прямо на идеальном газоне, на который было потрачено столько сил и времени, но увы, мельтешащим врачам, топчущим идеальные клумбы с цветами своими грязными ботинками, до этого нет никакого не дела – от их работы зависит чужая жизнь, строе с каталкой скрываются в доме, что происходит вокруг – ничерта не понятно.

- Что здесь случилось? – спрашивает он выйдя из машины у стоящей неподалёку миссис Крауч, но та лишь разводит руками и кутается в махровую шаль, явно не меньше других желая узнать больше подробностей происходящего, чтобы потом было о чём посплетничать в книжном клубе.

Парень замечает и девчонку тёрнер неподалёку, и всю семью Джона. Дом огорожен яркой жёлто-чёрной лентой, но в суете никто не замечает, как пара футболистов поднимают её над голами и попадают внутрь, заходят внутрь по знакомой лестнице запасного входа, стараясь не слишком шуметь.

Хейз замечает, что Финн сдаёт позиции, его начинает потряхивать, и пытается его приободрить: - Я уверен, что всё в порядке, чего ты очкуешь? – ведь его самого переполняет странное, даже немного пугающее предвкушение. Ожидание. Триумфальный момент развязки, как когда ты готовишься перевернуть последнюю страницу книги. Так и сейчас у него покалывало подушечки пальцев от ожидания, что вот-вот под этой затянувшейся историей, насквозь прошитой белыми нитками недоразумения, будет проведена черта.

+2

4

Ничего не может быть в порядке, когда тут обнаруживается даже Эллис, в полнейшей истерике. Финн проглатывает ком, подступающий к горлу, напоминает себе о том, что надо быть сильным и невозмутимым в любой непонятной ситуации. Как бы не было хреново - сцепляешь зубы и не показываешь, что тебе тоже может быть страшно.

Финн идет напрямую к матери Джона. Двигается на автомате, старается не думать о происхождении буро-красных пятен на ее одежде и коже.

- Джон, он... - начинает женщина, но рыдания душат ее. Финн пропускает момент, когда она начинает рыдать уже ему в плечо, оставляя красные пятна на футбольной куртке.

Точно также он пропускает момент, когда появляется отец Джона, отводит в сторону жену, затем сухо сообщает о том, что Джон покончил с собой. Кажется, что этот человек стареет на глазах.

- Если нужна будет какая-то помощь, - говорит Финн практически дежурно, - у вас есть мой номер.

Он отказывается понимать, что тут вообще происходит. Находит взглядом Криса, подходит к нему. Движется, словно в трансе. Это сюр какой-то. Так не бывает. Джон? Покончил с собой? Да как так? Зачем? А как же теперь?..

- Погнали отсюда, - говорит он Крису. - Тут от нас сейчас никакой пользы.

Финн кивает Крису, возвращается к машине. Как-то совершенно механически устраивается на водительском сиденьи, пристегивает ремень, заводит мотор, дожидается, когда захлопнется дверь со стороны пассажирского за Крисом. Выезжает молча, доезжает до места, где можно развернуться, не смотрит в сторону дома Джона.

Ему приходит в голову мысль о том, что надо бы позвонить в боулинг и снять бронь дорожки. "Простите, у нас друг умер, мы не можем сегодня приехать покатать, в другой раз обязательно".

Финну становится совсем нехорошо. Он прижимается к обочине, останавливаясь, уже выехав за пределы улицы, на которой расположился дом Джона.

- Да как так-то? - выдыхает он. И хлопает, что есть силы, обеими ладонями по рулю. Его тошнит. Он отстегивает ремень безопасности, распахивает дверь, вываливается из машины.

Его выворачивает наружу на чистый и ровный асфальт. Ему в жизни не было настолько паршиво. Он никогда не думал, что ему придется столкнуться с неизбежностью смерти таким образом. Он не может поверить в то, что это не чей-то дебильный прикол. С Джоном ведь все нормально было. Ведь если бы у Джона были какие-то проблемы, он разве не мог обратиться с ними к друзьям? Они с Крисом ведь помогли бы. Финн не может представить, что может быть настолько неразрешимым, что смерть становится единственным выходом.

Потому что у Финна никогда не было депрессии.

Он проблевывается, стягивает с себя футбольную куртку, на которой остались еще пятна крови после прикосновений безутешной матери Джона.

- Надо надраться, - констатирует он совершенно убитым голосом.

Как оставаться невозмутимым, Финн больше не понимает.

+3

5

«О чёрт, Джон. Ты даже сдохнуть нормально не можешь».

Стоя в самом эпицентре этого цирка абсурда, Крис старательно натягивает кислую мину сожаления, как будто ему не похуй. Паника вокруг лишь усугубляет и без того паршивую обстановку, из которой хочется сбежать.

Рыдающая в истерике мать, глава семьи, тщетно пытающийся успокоить её, и сдавленные всхлипы Эллис, которая при одном взгляде на него косится озлобленным волчонком и отворачивается.

«Только не вздумай винить во всем меня, малышка».

Крис даже не пытался спорить с самим собой, что он редкостный мудак, но и Тёрнет тут приложила свою руку. Или другую часть тела. В общем, виноваты оба, и Хейз догадывался, что стало последней точкой. А ведь он просто хотел поиздеваться, показать лучшему другу, коим Джона и считал, что его ненаглядная подружка та ещё шваль и нечего с ней иметь дело. Теперь он боялся только за собственную задницу, лишь бы нигде не всплыла информация о его причастности к суициду.

Может этот слабак утопил не только себя, но и свой телефон? Было бы здорово.

- Сочувствую вашей утрате, - похлопав совсем поникшего и буквально растаявшего на глазах мужчину по плечу, Крис выразил свои соболезнования отцу Джон и прислушался к Беннету, который в коем-то веке говорил правильные вещи. Они здесь лишние, от ещё одной пары кислых лиц лучше никому не станет, и их  самих слёзные железы подведут и выставят плаксами и нытиками.

Парень держится рядом с лучшим другом, но идёт немного позади. Вот так их бравое трио стало дуэтом, немного странным и нескладным. Джон как будто связывал воедино их хлипкую дружбу, усмирял скверный темперамент Хейза и напоминал Беннету, что он – капитан, и иногда нужно подать голос, а теперь они просто два идиота, гоняющие мячик по полю в дурацких костюмах. Кажется даже сам Кристофер не понимал как сильно ему будет не хватать этого человека, или ещё не до конца осознал, что случилось непоправимое. Время не отмотаешь назад, не ущипнёшь себя за бок, чтобы проснуться в собственной кровати и понять, что всё это – дибильный кошмар.
Джон мёртв. Его кровь на куртке Финна сверкает красными пятнами.

В машине чертовски холодно, и Крис обнимает себя руками, сердито буркнув: - Включи обогрев, - но лишь выкрутив рычажок на максимум понимает, кто колотит его не от холода. На улице чёртов июнь, какой нахуй холод.

- Беннет, какого..!? – возмущается, когда машина резко тормозит, а спортсмена прикладывает затылком о спинку сиденья. Крис отстёгивается и выходит следом, прикрывает рот рукой и шумно сглатывает слюну, сам с трудом сдерживает рвотный позыв и отворачивается в сторону, - Блять, Беннет…

Кажется, в бардачке он видел бутылку с водой. Сразу открутив крышечку, Крис подошёл ближе и протянул её приятелю.

- Согласен, - и кивает на машину, - оставляй тачку. Пройдёмся пешком, всё равно потом за руль не сядешь.

+2

6

Крис протягивает ему бутылку с водой. Финн благодарно кивает, принимая его. Он делает несколько глотков, сплевывает. Вкус какой-то могильной желчи, кажется, теперь от него никуда не денется. Металлический. Сладковатый. Кровавый. В его голове больше ничего не укладывается. Случился хаос, которого не ожидали.

Когда в прошлом году его мир пошатнули самым банальным шантажом, связанным с отцом, у Финна не возникало особенных проблем. Ведь тогда никто не умер. Не случилось ничего такого, что нельзя было бы пережить.

И вот Джон умер. Не пережил.

Финн закидывает куртку на заднее сиденье, проверяет, где у него телефон и бумажник, забирает ключи от машины, запирает ее, ставит на сигнализацию. Крис прав - тачку лучше сейчас оставить. В таком состоянии он даже трезвым может врезаться в ближайшее дерево, а уж не водить пьяным - вообще одно из нерушимых правил, которые он сам себе назначил. Даже самую чуточку пьяным, это безответственно.

А еще безответственно кидать родных, близких и друзей, перерезав себе вены. Потому что это им теперь с этим как-то жить.

- Пиздец, - говорит Финн, у которого в целом не находится больше других комментариев. Хороший мальчик Финн, который даже ударяясь мизинчиком о тумбочку, скорее промолчит, чем выругается. - Ебаный пиздец.

Он пытается понять, куда им лучше пойти. В принципе, до его дома идти не настолько далеко. Да и воздух сейчас критически нужен. Им обоим, пожалуй, не мешает продышаться. Младший брат не прицепится, отца скорее всего нет дома. Мать к этому времени должна была уже закрыться в своей комнате в компании седативных, помогающих справиться ей с бессонницей.

Финн на момент подумывает о том, что ему эти самые седативные тоже не помешают. Но тут же отбрасывает от себя эту мысль. Кем он будет, если допустит прием не прописанных таблеток? Ему-то еще жить.

То, что они идут к нему - единственное, что говорит Финн, пока они, собственно, идут. Он не может перестать погружаться в свою башку, прекрасно понимая, насколько это эгоистично. Но просто это что - получается, он совсем не знал одного из своих лучших друзей? Потому что если бы Финн вообще подозревал, что у Джона могут возникать такие мысли, он бы приложил все усилия к тому, чтобы вытащить его из суицидальной ямы. Ну и чего стоит такая дружба, когда ты не можешь спасти близкого человека, потому что не представляешь, что его вообще нужно спасать?

Уже дома он первым делом идет в отцовский кабинет, чтобы зацепить бутылку с виски в гостиную. Финн уверен - проблем из-за этого у него не будет, даже если это какой-нибудь подарок от какой-нибудь республиканской шишки. Момент такой.

Он приносит два стакана и пачку чипсов, первыми попавшихся в шкафу, в гостиную. Сил на то, чтобы подниматься на второй этаж дома в свою комнату, у него уже просто нет. Он и выпивку-то приносит на автомате.

- Это вообще нормально, - начинает он, занимая место на диване, - что я все-таки надеюсь, что он сейчас перезвонит и скажет, что это какой-то дебильный пранк?

У него из близких не умирал никто. У него нет универсального гайда по тому, как вести себя в таком случае. Наверное, ни у кого нет. Финн только и может теперь, что разливать виски по стаканам, не представляя, как вообще с таким живут. Удивительно, что это вообще оказался Джон. Если так рассуждать, из них троих под "группу риска" больше всего подходил Крис. С его темпераментом, семьей, необходимостью со стольким справляться.

- Крис, если у тебя будут какие-то такие мысли, - говорит он, имея в виду самоубийственные, глядя на янтарную жидкость в своем стакане, - ты только не молчи, пожалуйста.

Он залпом выпивает налитое. Алкоголь обжигает глотку, но его вкуса Финн не чувствует. Сладковатый металлический кровавый все также не отпускает. Это действительно полный пиздец.

+3

7

Маленькие городки – обман, длиною в целую жизнь. Улыбающиеся друг другу соседи, всегда завешенные шторы, будто действительно так никто и никогда не сможет увидеть проблем, которые происходят в семье за закрытыми дверьми, не различит в тенях очередную жуткую историю, о которой позже будет судачить каждая шавка. А даже если и увидит, то будет продолжать делать вид, что всё в порядке, ведь лезть в чужой чулан с секретами означает брать на себя ответственность, а этого никто не хотел. Всем своего дерьма было по самое горло и даже больше, от его зловония уже выворачивало наизнанку, им захлёбываешься, задыхаешься.

Литл-Рок как магнит для семей, желающих спрятать свои тайны и делать вид, что всё в порядке, улыбаться, угощая новых соседей яблочным пирогом, чтобы те не начали копать глубже и пытаться рассмотреть под пылью в глазах очередную полную секретов ячейку общества.

Кто угодно, но не Джон. Кажется, что на его месте мог оказаться каждый, но увиденное собственными глазами тело на носилках не оставляло сомнений. Мертвенно синие губы, обескровленное бледное лицо, безжизненный взгляд стеклянных глаз вверх и скрытые ровными продольными порезами вены, из которых белёсыми нитками на запястьях торчали разорванные сухожилия. Жуткая картинка, которая застыла перед глазами и точно будет преследовать его в кошмарах ещё не одну ночь. Уйдёт не одна неделя, месяц, год, прежде чем она размоется и станет далёким воспоминанием из прошлого, но сейчас, бредя по улице к дому Беннета он не мог выбросить из головы одеревеневшие пальцы и уродливое лицо парня, который больше никогда не улыбнётся ему и не похлопает по плечу. Не скажет дурость, моментально разряжая накалённую обстановку в команде и разгоняя по углам сцепившихся футболистов. Не поддержит его и не прикроет его задницу перед тренером, когда заворушка с отцом в очередной раз выбьет его из колеи.

Это «никогда» звучит эхом в черепушке так громко, что начинает кружиться голова, и Хейз неосознанно хватается за плечо друга, бредущего на таких же ватных как у него самого ногах рядом, надеясь, что будет немного легче. Но выходит, что они оба тянут друг друга вниз.

Какой бы хуёвой не была семья Криса, всех их ещё носила эта земля и терпела, не спеша принимать в деревянном ящике в свои объятия. Даже отец, и тот мудак, которому он не один раз желал сгнить в могиле, был живее всех живых, и знание этого приятно грело душу.

А Джон нет. И больше его никогда не будет рядом.

Упав на жёсткий диван в гостиной футболист упёрся локтями в колени и несколько минут неподвижно смотрел прямо перед собой, всё ещё пытаясь переварить случившееся. Увы, получалось скверно, мысль тянулась медленно как в паршивом кино с зажёванной плёнкой, которую хотелось только выкинуть.

Взяв стакан с виски, он легко поднял его вверх и выпил залпом. Язык отказывался слушаться голову, поэтому ответная просьба прозвучала сухо и скомкано: - Ты тоже, Беннет.

Крис никогда не был хорош в проявлении чувств словами. Скривив губы в болезненной улыбке, он посмотрел боковым зрением на приятеля и обнял его свободной рукой за плечо, притягивая к себе, чувствуя, что сейчас им обоим это нужно – почувствовать себя не одиноким.

«Ты заигрался, Крис,» - упрекает сам себя, но не уверен, что это его остановит.

- Если тебе будет нужна моя помощь ты только скажи, - после долгой паузы говорит и убирает руку, снова тянется к бутылке и наполняет оба стакана. Надраться и не думать ни о чём – звучит как охуительный план, - ты можешь на меня положиться, окей? Не надо строить из себя храбреца, – легко толкает его локтем в бок, стараясь приободрить. Чувствует, что ему легче, и старается быть сильным. Финн всегда был рохлей, но отличным капитаном.

+2

8

Финн подливает себе еще виски, кивает, выпивает уже медленнее. В его голове все больше имен близких людей, о которых он тоже может не знать многого и кого может вот так легко просто взять и потерять. Вот Люси, например, с ее любовью к тому, чтобы погонять на байке - может врезаться во что-то и с концами. Мама может случайно перебрать с дозировкой таблеток. Что происходит в голове у старшего брата, Финн вообще понятия не имеет, не видел его с того момента, как он уехал в колледж, дальше созвонов по скайпу. Мелкий тоже слишком активно закрывается от семьи.

Хоть устраивай всем групповые интервенции. Чтобы потом по костям не ходить.

- Мне кажется, я его всю жизнь знал, - говорит он, откидываясь на спинку дивана. - С младшей школы точно. А помнишь скаутский лагерь? Черт, по-моему, из нас он тогда был самым неуклюжим.

Представить, что уже в ближайший учебный день он не увидит физиономию Джона на социологии, что одно из мест за их столиком в школьном кафетерии будет пустовать, невозможно. Но приходится представлять, потому что сейчас даже не отвлечься. Это вообще не то, от чего получилось бы. Не мелкая проблемка, которая разрешится, если завернуться в плед и смотреть рандомно выбранные фильмы на Нетфликсе.

Для Финна, который практически не пьет, два стакана виски становятся критической массой. Веки тяжелеют, в голове селится легкость, горечь алкоголя с металлическим привкусом продирает нутро. Он соображает все меньше, словно оказывается по ту сторону зазеркалья, в которой все не так, как должно быть.

Вот он проснется с утра и все будет снова нормально. Можно это будет так работать?

Финн вспоминает и скаутский лагерь, и первые классы начальной школы, и всю среднюю. Они втроем с Джоном и Крисом ведь были реально неразлучны. Такая сбитая группа друзей, которые вырастают и не теряют контактов друг с другом, потому что подобные связи нельзя так просто взять и разорвать. Устраивают друг другу мальчишники, собираются на барбекю, планируют выезды с палатками на природу, помогают детям друг друга получить интересующую работу.

А не режут вены в ванной.

- Он ведь мне как еще один брат был, - говорит Финн уже заплетающимся языком, после того, как заливает в себя уже третий стакан виски. - Ты тоже, но он - как еще один младший. Прикинь, мне как-то на съемки предлагали в партнеры парня, который был ну вылитый Джон. Только более жилистый. Я сразу тогда сказал, что, нет, ребят, не вариант, - Финн затыкается. Разздрай и алкоголь заставляют его снимать собственную оборону, а это совсем нехорошо.

Это не расслабление, это пограничка.

- Так, знаешь, что, - говорит он, переключаясь. - Надо что-то более существенное сожрать. Бутербродов каких-нибудь. Потому что меня уже развозит.

Ну это и очевидно - виски Финн вливает в желудок, содержимое которого осталось у припаркованной машины. Его развозит нечеловечески, даже развязывая язык в том, что и на его собственных похоронах должно будет остаться в своем собственном наглухо закрытом шкафу. Поэтому Финн медленно поднимается, чуть не заваливается обратно, с трудом сохраняет равновесие.

Остается только оттяпать себе несколько фаланг пальцев, пытаясь нарезать бутерброды, чтобы добить этот вечер еще большим количеством крови. Финн, впрочем, совсем не уверен в том, что по дороге в кухонную зону, не отправится снова блевать.

+1


Вы здесь » LAKESIDE HIGH » SPIN THE BOTTLE » лед все тоньше, нас все меньше